Появится ли в электрогорской больнице онкологическое отделение?

 В нашем городе зарегистрировано более 600 онкологических больных. Есть у нас и свой врач-онколог. Онкологические больные, обратившиеся к нам в редакцию, хвалят своего врача, но, тем не менее, не обходится и без тревоги, опасения остаться без помощи. Наши читатели считают, что гласное обсуждение проблем поможет их решить.

 

Порядок оказания помощи онкологическим больным

Министерством здравоохранения Российской Федерации установлен следующий порядок оказания помощи онкологическим больным.

Врачи­терапевты или врачи­специалисты, у которых наблюдается пациент, при подозрении или выявлении у больного онкологического заболевания направляют больного в первичный онкологический кабинет к врачу­онкологу на консультацию и для оказания первичной помощи.

Врач­онколог, поставив диагноз и оказав первичную помощь, направляет больного в онкологический диспансер или иную специализированную медицинскую организацию для уточнения диагноза и оказания специализированной, в том числе и высокотехнологичной, помощи (радиотерапия, химиотерапия, операции).

После получения специализированной помощи онкологические больные возвращаются в первичный онкологический кабинет под наблюдение врача­онколога. Больные с онкологическими заболеваниями подлежат пожизненному диспансерному наблюдению.

 

Где лечатся электрогорские больные

В нашей больнице помощь онкологическим больным оказывают врач­онколог и процедурная медсестра. Врач­онколог — Доро­феев Алексей Евгеньевич, кандидат медицинских наук, диссертацию защитил в 2006 году по раку кожи. Онкологический кабинет входит в состав хирургического отделения, имеет в отделении несколько коек для онкологических больных. Помощь оказывается амбулаторная, а также в дневном (и иногда круглосуточном) стационаре. Алексей Дорофеев делает сам химиотерапию и некоторые операции. Все необходимые лицензии на такой вид деятельности у больницы есть.

Для уточнения диагноза и получения специализированной помощи, которая не может быть оказана в Электрогорске, наших больных направляют в Балашиху (Государственное бюджетное учреждение здравоохранения Московской области «Московский областной онкологический диспансер») или, как говорят больные, на Каширку (Федеральное государственное бюджетное учреждение «Российский онкологический научный центр имени Н.Н. Блохина» Министерства здравоохранения РФ).

После Балашихи или Каширки больные возвращаются под наблюдение А.Е. Дорофеева.

 

Рассказы больных

(по этическим соображениям имен не называем)

— Меня Алексей Евгеньевич спас. Я долго ходила по врачам со своей проблемой, все говорили, что всё нормально. К Дорофееву попала случайно. Он сказал, что надо срочно делать операцию. Я даже сначала отказывалась, так для меня это было неожиданно. Операцию он мне сделал сам. Химию делал. Направил на Каширку, где мне делали лучевую терапию. Меня там спросили, кто мне так хорошо сделал операцию. Мне было приятно, что отметили профессионализм нашего доктора.

— Однажды я сидела в очереди к врачу Дорофееву. Рядом сидела женщина из Москвы. Сказала, что ездит к нам из­за доктора. Внимательный. Он еще и как психолог — все объяснит, успокоит.

— У меня было все быстро, сначала — УЗИ, потом — к Дорофееву. В течение недели сделал все анализы и прооперировал. Отношение к больным хорошее, всегда всех примет, даже без записи. Добрый, не грубит. Я сначала стеснялась — я человек пожилой, а он для меня парнишка совсем молодой. Но делает все аккуратно, корректно, чтобы люди не стеснялись. Как свой добрый родственник. Мы его зовем «наш доктор», «наш мальчик».

— Направил меня на лучевую терапию на Каширку. Там подтвердили и диагноз, и назначения, которые Дорофеев сделал, и сказали, что очень понятно написано направление.

— В Павлово­Посаде на комиссии по инвалидности говорят, что Дорофеев пишет направления аккуратно, делает все, как надо, всегда все документы есть, не приходится людей возвращать.

— Операцию мне делали в 2013 году в госпитале МВД. Сделали и выпустили, дальше — как хочешь. Долго раздувало руку и то место, где опухоль вырезали. Дорофеев безотказно и терпеливо откачивал лимфу. Очень ему благодарна.

— Были проблемы с желудком, пошла к терапевту. А она даже и разбираться не стала, говорит: «Что Вы хотите, Вы же онкологическая больная». Очень было обидно и страшно, испугалась, что на желудок уже пошло. Доктор Дорофеев обследовал, успокоил, сказал, что все хорошо, все нормально, просто небольшое воспаление. И, действительно, немного полечилась и прошло.

— Мой муж — онкологический больной. Два года назад делали операцию. Появились боли, а онколога не было, болел. Мы ходили и к хирургу, и к терапевту, никто лечение не назначал и в Балашиху не направлял. Хирург только обезболивающее назначал. Да и то рецепт трижды с ошибкой выписывали, мы весь день ездили в Павлово в аптеку, а нас обратно возвращали. В Балашиху попали только с помощью Николая Александровича Суворова. В Балашихе нашего Дорофеева хвалили. У них лекарств не было, мы вернулись к Дорофееву, который уже вышел на работу, он нам химиотерапию делал.

— Операцию мне делали в Балашихе, а потом направили под наблюдение Дорофеева. Его в Балашихе хвалят и приглашают делать вместе с ними операции.

— Летом ходила за ягодами, заболел шов. Испугалась очень — вдруг дальше пошло. Дорофеев и поругал (рано еще за ягодами ходить) и успокоил. Онколог еще и психологом быть должен. У нас ведь после операции то там болит, то здесь тянет… Страшно. От одних мыслей с ума сойдешь.

— Как­то сидела в очереди, пришел мужчина, ему стало плохо. Два часа ему помощь оказывали. А потом еще и нас всех приняли. Дорофеев никому не отказывает. Как­то операцию делал 6 часов. Пришел весь мокрый. И все равно нас всех принял.

— Мужу операцию делали в Балашихе, а лечиться потом отправили к Дорофееву, у них лекарств не было, а у Дорофеева были.

— Если доктора долго нет, то у меня начинается паника.

— Очень страшно, когда говорят, что онколог рассчитывается. Мы ведь больные навсегда. У кого наблюдаться, если вдруг онколога не будет?

 

Мнение врача А.Е. Дорофеева

— На сегодняшний день в Электрогорске зарегистрированы 638 онкологических больных. Это и плохо, и хорошо. Плохо, потому что много, только в прошлом году появилось 80 новых больных. Хорошо, потому что, раз много, значит, долго живут, самая ранняя регистрация — с 1972 года.

Нам необходимо онкологическое отделение. Есть решение Минздрава Московской области о перепрофилировании онкологических коек в онкологические отделения.

Онкологические койки у нас есть. В 2014 году их было 15, и они выполняли запланированные под них объемы. Но в 2015 году в рамках кампании по сокращению общего количества стационарного коечного фонда количество онкологических коек было сокращено до 7. Этого нам недостаточно. Уже сейчас объемы перевыполняются: по круглосуточным койкам на 8%, по дневным — на 18%. И это при том, что койки работают не всегда, как любой человек, я бываю в отпуске и иногда болею.

Есть у нас и помещения (на базе хирургического отделения) для организации онкологического отделения.

Естественно, нужен штат. Врачей достаточно пока двух. Нужны будут и медсестры, и санитарки. На первом этапе многие ставки могут быть отданы под совмещение имеющимся работникам.

Все это, а также необходимое материально­техническое обеспечение я подробно рассчитал и описал в Положении об отделении и в экономическом обосновании. Документы передал в Минздрав через окружного онколога. По его словам, среди городов, которые входят в его округ, только у нас есть возможность организовать такое отделение.

В плане экономическом отделение нам тоже выгодно. Сейчас мои больные финансируются по остаточному принципу из «общего котла» — из денег, выделяемых на хирургию. Если будет отделение, то деньги будут выделяться непосредственно на онкологических больных. Кроме того, мы сможем принимать больных из других ­городов.

 

Позиция главного врача

В марте 2016 года в нашей больнице появился новый главный врач — Николай Александрович Суворов. И сразу столкнулся с целым рядом проблем, которые требуют безотлагательного решения, в том числе и по онкологическому направлению.

Идет поиск второго врача­онколога как минимум на подмену. Онкологическое лечение не терпит перерывов. А врач — тоже человек, он бывает в отпуске, на учебе, болеет. Кроме того, два врача — два мнения, и это всегда лучше, чем одно. Не зря тактика медицинского обследования и лечения онкологических больных в специализированных медицинских учреждениях устанавливается не единственным врачом, а консилиумом врачей­онкологов.

Важной проблемой, над которой надо работать, является выявляемость онкологического заболевания на ранней стадии, когда болезнь еще лечится. С первыми признаками недомогания больной приходит не к онкологу, а к терапевту, хирургу, гинекологу, урологу, дерматологу, другим специалистам. Очень важно, чтобы у таких врачей была развита онконастороженность. Лучше лишний раз направить больного к онкологу, чем пропустить болезнь. Этому учат. И нашим врачам­специалистам и диагностам такое обучение необходимо. Важно и постоянное взаимодействие между врачами разных специальностей. Нельзя сказать, что с этими вопросами у нас все в порядке.

Идею организации онкологического отделения Николай Суворов поддерживает, пытается разобраться, были ли какие­то вопросы по этому направлению решены до него. Его цель сегодня — детально разобраться с имеющимися у больницы возможностями, сформировать необходимый пакет документов и аргументы в защиту этой позиции в Министерстве.

Глеб Борисов

 

От редакции. Оцениваем проблему развития онкологического направления в электрогорской больнице как имеющую решение. Обнадеживает редкое совпадение намерений у Минздрава (перепрофилировать онкологические койки в онкологические отделения), у главного врача нашей больницы и у врача­онколога. Думаем, что два молодых перспективных кандидата медицинских наук, один из которых является врачом­специалистом (А.Е. Дорофеев), а другой — полный энергии начинающий администратор (Н.А. Суворов), и, главное, оба искренне желающие работать над проблемой, найдут пути решения и добьются успеха в столь важном для города деле.