Реорганизация электрогорской больницы — уничтожение или развитие?

Летом по городу разнесся слух о большом сокращении штата электрогорской больницы и закрытии ряда ее отделений. Эти сведения возмутили и взволновали людей.

Чтобы снять напряженность, областное медицинское начальство «реорганизацию» в форме сокращений остановило и отложило на неопределенное время. Но доступных и понятных разъяснений о том, что же будет, население не получило. Поэтому осталось тревожное ожидание и уныние: ничего хорошего от перестроек мы ждать не привыкли.

Хочется все же думать, что «не так страшен черт, как его малюют». Попробуем разобраться.

 

О долгах, врачах и койках

21 июля 2017 года главный врач электрогорской городской больницы Н.А. Суворов подписал приказ № 217 «О внесении изменений в штатное расписание», в котором пунктом 1.1 сокращались штатные единицы. В первую очередь в хирургическом отделении и в отделении анестезиологии и реанимации.

Этот приказ выложили в интернете и сопроводили его описанием плачевного положения, в котором оказалась больница. Из текста с очевидностью следует, что писавший его человек работает в больнице и знает ситуацию «изнутри».

В тексте сообщается, что кредиторская задолженность больницы составляет приблизительно 45 млн. руб. Первая задолженность в размере 4 млн. руб. появилась в начале 2000­х годов, когда главным врачом был П.Е. Мареев, а мэром — Г.С. Ячменев. С тех пор за­долженность неуклонно росла. (Н.А. Суворов принял больницу в прошлом году с долгом в 37 млн. руб.)

Автор текста в интернете считает, что действия всех главных врачей, сменившихся за это время (П.Е. Мареев, С.Н. Жубриков, Р.А. Старых, В.Г. Ратов, Н.А. Суворов), по преодолению задолженности были бестолковы: ничего иного, кроме сокращения коечного фонда и медицинского персонала, никто не придумал. А бестолково это потому, что чем меньше коек, тем меньше пациентов и, следовательно, тем меньше денег, так как больница получает деньги за пролеченных пациентов. При этом количество работников администрации больницы растет.

Для сравнения: в 1996 году коечный фонд больницы составлял 350 коек. Больница имела 2 поликлиники (взрослую и детскую), отделения: хирургическое, гинекологическое, патологии беременных, психо­неврологическое, инфекционное, фтизиатрическое (туберкулезное), офтальмологическое, терапевтическое, женскую консультацию. Администрацию больницы составляли главный врач, секретарь, заведующие поликлиниками, один работник отдела кадров, главная медицинская сестра, бухгалтер, расчетчик.

На данный момент коечный фонд больницы составляет 105 круглосуточных коек. Из структуры больницы исчезли инфекционное, офтальмологическое и фтизиатрическое отделения. Женская консультация превратилась в кабинет, а психо­неврологическое отделение стало амбулаторией с койками дневного стационара. При этом административно­хозяйственная часть разрослась. В администрации больницы появились новые должности: заместители главного врача по лечебной работе, по экспертизе, по дополнительному лекарственному обеспечению, по АХЧ (кроме завхоза). Появились новые нелечебные подразделения: отдел маркетинга (2 работника), отдел закупок (2 человека), 2 экономиста, 3 работника отдела кадров, 1 работник отдела платных услуг, начальник гаража, инженер по технике безопасности и т.д.

Были ли возможности спасти больницу? Автор текста в интернете считает, что такие возможности были. Например, в 2016 году была возможность открыть онкологическое отделение для всего Павлово­Посадско­го района, что принесло бы в больницу большие деньги. Однако главный врач Н.А. Суворов этого не сделал.

И, наконец, как считает автор, Н.А. Суворов ставит «жирную точку» в деле разрушения городского здравоохранения — подписывает приказ, по которому в городе фактически ликвидируется срочная и неотложная круглосуточная хирургическая помощь и закрывается отделение реанимации.

 

А людей­то кто будет лечить?

Информация в нашем городе распространяется быстро. О тяжелом экономическом состоянии больницы было известно и до появления этой статьи в интернете. Люди, которым приходится лечиться в нашей больнице, выносят оттуда свои впечатления. Одна из пациенток выразила их очень эмоционально: «Я лечусь в больнице уже 12 лет. Можно сказать, хожу туда, как на работу. При мне 5 главврачей сменилось. Накошляли этих долгов выше крыши, а мы должны отвечать! Когда ложимся в дневной стационар, всё с собой несем: свои лекарства, свои капельницы, свой физраствор, теперь уже и одноразовые шприцы! Осталось только подушку с собой приносить! Это о чем говорит? О том, что никаких денег не имеется. Зато имеются такой зам, сякой зам… А людей­то кто будет лечить?»

 

Сокращение отложено

Утихомиривать страсти приехал в августе начальник Управления координации деятельности медицинских и фармацевтических организаций № 14 Константин Борисович Герцев. Встреча с ним прошла в городской администрации. Присутствовали врачи и пациенты больницы, главный врач, глава города.

Позиция Минздрава: в больнице растет кредиторская задолженность, что свидетельствует о дисбалансе в расходной и доходной частях. Объемы оказываемой медицинской помощи недостаточны, штат не соответствует нормативам. (То есть — имеющееся у нас количество врачей должно оказывать больший объем медицинской помощи, чем тот объем, который на самом деле оказывается). Следовательно, коечный фонд и штатный состав излишен, его надо оптимизировать, что и попытался сделать главный врач приказом № 217.

Кроме того, в стране идет модернизация системы оказания медицинской помощи в соответствии со стратегией развития здравоохранения, разработанной Минздравом РФ. И систему оказания медицинской помощи в нашей больнице надо перестраивать в соответствии с этой стратегией. В частности, специализированную помощь должны оказывать в специализированных отделениях, а не на месте (например, человека с инфарктом надо сразу везти в специализированный сосудистый центр, где ему быстро окажут нужную помощь с использованием высокотехнологичного оборудования).

Позиция врачей и пациентов: возможность оказания у нас экстренной помощи надо сохранить.

Позиция главы города: перестройка не должна навредить. Специалистов надо сохранять. Есть много способов сэкономить и заработать деньги, их надо искать.

В результате действие приказа № 217 приостановлено, главному врачу поручено экономически обосновать свой план оптимизации коечного фонда и штатного состава, после чего будет принято окончательное решение.

 

***

Итог: никакого иного решения проблемы не предложено, кроме этой самой оптимизации коечного фонда и штатного состава. Принятие решения просто отложено, что не способствует улучшению настроения и появлению оптимизма.

Печаль о больнице один из медработников выразил в небольшом рассказе, который прислал нам в редакцию.

 

У разрушенного дома

На территории нашей больницы, позади поликлиники, есть очень старое строение — старожилы утверждают, что оно построено в 20-е годы прошлого века и долгое время служило общежитием для врачей. Окружающий дом большой участок земли пришел в запустение — небольшое озеро превратилось в грязную лужу, кругом — заросли кустарника и дикая трава по пояс. Дом также обрюзг и обветшал. Но, тем не менее, стоял, не покосившись, несмотря на свой почти вековой возраст, и, может быть, еще лет двадцать простоял бы — срубы раньше делали крепкие, строили на века... А если бы сделать снаружи и внутри косметический ремонт, и окружающий участок земли окультурить, то дом имел бы очень красивый вид, в окружении декоративных кустов, с чистым водоемом.

Но этому случиться было не суждено. Весной, аккурат к апрельскому субботнику, администрацией больницы было громко, с помпой, объявлено, что этот дом будет в течение кратчайшего срока снесен, а на его месте и вокруг будет устроен небольшой парк. Чуть ли ни полгорода на субботнике помогали вырубать старые деревья и кустарники вокруг дома, и под ликующие крики горожан со здания была содрана металлическая крыша и благополучно сдана в «чермет».

Все с нетерпением ждали — а что же будет после? А после наступило затишье... В переводе с простого языка на язык чиновников — это такой период времени, когда все возникающие вопросы решаются «в рабочем порядке». А применительно к нашей больнице это означает полный застой и тотальное саморазрушение. Недорубленные кусты принялись расти с удвоенной силой. Неубранные сухие ветки заросли бурьяном, и уже не до пояса, а до плеч — проливные дожди в этом помогли. До очистки водоема дело так и не дошло. А что касается дома… Беда тому дому, у которого нет крыши! Сколько дождей прошло с тех пор — все помещение внутри оказалось затоплено. Сруб, до той поры стоявший сухим, быстро начал впитывать влагу и гнить. И разобрать его теперь тяжело — бревна отяжелели, и провести ремонт, чтобы сделать его пригодным хоть для каких-нибудь бытовых нужд, уже невозможно. Так теперь и будет стоять, мрачный и полуразрушенный, и гнить, пока не превратится в кучу хлама…

***

К чему такое длинное вступление? А к тому, что вся нынешняя ситуация с нашей больницей напоминает мне судьбу этого печального дома.

Жила себе больница 100 лет. И при этом спокойно и нормально работала. У жителей города и вопросов не возникало — куда, кроме как в городскую больницу, обращаться за медицинской помощью. Талантливый организатор, грамотно распоряжаясь материальными и людскими ресурсами, мог бы сделать из нее если не образцовое учреждение здравоохранения, то, по крайней мере, весьма приличное. И работать она могла бы еще долго. Ведь еще совсем недавно, в 2007 году, по статистическим показателям работы она находилась в первой тройке учреждений здравоохранения в области. Еще недавно в ней работали талантливейшие специалисты, к которым пациенты съезжались на лечение из соседних регионов, проводились сложные операции. А что сейчас?

А сейчас руководство Мин­здрава проводит в жизнь стратегию развития здравоохранения в стране, цели которой благородны: улучшить доступность и качество медицинской помощи. Главная фишка — лечить больных в специализированных отделениях. И главный врач с упоением рассказывает, как наших больных будут отвозить в те больницы, где им окажут высококвалифицированную помощь.

Был бы на месте главного врача человек постарше да поопытнее, то он, может быть, догадался подсуетиться и организовать у себя специализированные отделения под имеющихся специалистов (например, гинекологическое или онкологическое), чтобы лечить не только городских пациентов, но и больных соседних районов. Это значительно увеличило бы финансирование больницы из фонда ОМС, позволило бы не только закупить новое медицинское оборудование и инструментарий, но и закрыть внешний долг больницы, а также дать дополнительные рабочие места для медработников.

Но нынешние «менеджеры здравоохранения» там, где тяжело и сложно, работать не приучены. Им бы бумажки перебирать да по совещаниям мотаться. Зачем что-то менять и дорабатывать, проще взять — и снести к чертовой матери. И вот уже родилось решение — сократить!

Решение приостановлено, но не отменено! Значит, дальше, как обычно, вопросы будут «решаться в рабочем порядке» — и еще одна больница в области будет благополучно «оптимизирована».

Ломать — не строить. Снесена крыша у здания... Гниют под дождем некогда крепкие стены простоявшего сто лет здания. Гниль проникает все глубже, и ничем ее не искоренить. И вскоре, как и бывшее общежитие для врачей, наша больница может превратиться в мрачный фантом, и ее руины так же печально и с укором будут смотреть на нас…

 

Есть и более мрачные мнения:

«Гиппократ бы в гробу пере­вернулся со своею клятвою, если бы поработал в нашей больнице, где до больных никому нет дела, лечить их нечем, а самой главной задачей врача стало написание еженедельных бессмысленных отчетов».

«Надо переучиваться на патологоанатома. С таким отношением к больным, как сейчас, смертность населения города за 2–3 года увеличится в разы. Поэтому патологоанатом без работы никогда не останется».

 

О реформе здравоохранения и нашем месте в ней

А теперь поговорим о реформе здравоохранения и поищем свое место в этих преобразованиях.

Министерство здравоохранения РФ разработало стратегию развития здравоохранения Российской Федерации на период с 2015 года по 2030 год. Одним из основных принципов этой стратегии является доступность и качество медицинской помощи.

Для обеспечения этого принципа создается трехуровневая система оказания медицинской помощи.

Первый уровень составляют учреждения, находящиеся в шаговой доступности от места жительства: поликлиники, сельские амбулатории и районные стационары. Эти медучреждения должны оказывать не менее 40–45 процентов медпомощи, которая включает в себя лечение самых распространенных заболеваний, не представляющих угрозы для жизни.

Второй, или межмуниципальный уровень, направлен на лечение острых заболеваний и состояний: травм, инфарктов, инсультов и интоксикаций. К учреждениям этого уровня относятся специально оснащенные многопрофильные стационары. Планируется, что на этом уровне будет оказываться экстренная и неотложная помощь, и любой больной, проживающий на прикрепленной к этому медучреждению территории, должен иметь возможность добраться до него за 30–40 минут.

К третьему уровню принадлежат учреждения, в которых граждане могут получить плановую специализированную и высокотехнологичную медпомощь (областные больницы, НИИ клиники ВУЗов).

Для того чтобы все это ра­бо­тало и больной попал на нужный уровень, перестраивается инфраструктура здравоохранения, в том числе и работа службы скорой помощи.

С 1 октября служба скорой помощи в Московской области оформлена в единую сеть и управляется из Красногорска. По телефону 103 или 112 диспетчер примет ваш вызов и пришлет к вам машину, которая находится в данный момент ближе к вам. Это может быть машина, базирующаяся в Электрогорске, или другая машина, если обе электрогорские машины ушли на вызовы. Если больной не нуждается в срочной специализированной помощи, то его привезут в местную больницу, если нуждается, то его повезут сразу в больницу второго уровня.

Большое внимание уделяется эффективному распределению государственных средств. Финансируется медицинская помощь через фонд обязательного медицинского страхования (ОМС).

С 2013 года базовая программа ОМС начала функционировать на основе единого подушевого финансового норматива, внедрены единые способы оплаты медицинской помощи. Разработаны нормативы объема медицинской помощи по видам, условиям и формам ее оказания в расчете на 1 жителя в год. Так, например, для медицинской помощи, оказываемой в амбулаторных условиях в связи с заболеванием, нормой является 1,98 обращения в год (обращение, посещение, медицинская услуга) на 1 застрахованное лицо.

Это означает, что финансируются не врачи и не койки, а объем оказываемой помощи. Какой объем выполнили, столько денег и получили согласно тарифам. Штатный состав больницы должен соответствовать объему оказываемой медицинской помощи. Попросту говоря, если врачей больше, чем их нормативная занятость, то на зарплаты уходит больше, чем положено, недостающие деньги берут из других статей (например, лекарственного обеспечения), поэтому в отделениях и на шприцы не хватает.

Такое ненормативное положение вещей долго длиться не может. И вопрос об «оптимизации коечного фонда и штатного состава» возникает естественным образом.

Самый простой способ оптимизации — тот, что предпринял главный врач Н.А. Суворов — сокращение коек и штата. Шаг, наверно, необходимый в какой­то мере, но если других шагов не предпринимать, то это — путь вниз. Из сказанного выше с очевидностью следует, что надо увеличивать объемы оказываемой помощи и увеличивать количество прикрепленных к больнице больных.

Если у нас есть врачи, которые могут оказывать специализированную помощь, в том числе экстренную, делать сложные операции, то надо стремиться к созданию у нас специализированных отделений второго уровня, которые обслуживали бы не только Электрогорск, но и прилегающие территории. В прошлом году мы писали о возможности создания у нас онкологического отделения, на встрече в администрации врач­гинеколог О.А. Бурова настаивала на сохранении у нас экстренной гинекологической помощи. Если врачи, обладающие высокой квалификацией, останутся лишь на «долечивании», то работать здесь им станет неинтересно, и они постепенно уйдут из больницы.

Модернизация системы здравоохранения не завершена, она еще в процессе развития. Между первым и вторым уровнем нет четкой грани, и сейчас самое время приложить максимум усилий к тому, чтобы найти в этих уровнях свое место. Главному врачу больницы и главе города надо подключить все возможные «пробивные» силы для того, чтобы наша больница заняла в новой системе достойное положение.

 

Глеб Борисов